Фамилия Амоскин — одна из тех, что сразу наводит на мысль о греческом или библейском следе, но при ближайшем рассмотрении оказывается исконно русской, хотя и с неочевидным корнем. Её основа — не имя Амос (как может показаться), а разговорная форма другого крестильного имени.

Вероятнее всего, Амоскин образован от имени Амос, которое пришло на Русь с христианством из древнееврейского и означает «несущий ношу», «тяжёлый». Однако прямой патроним от канонического Амоса дал бы фамилию Амосов. Суффикс -кин указывает на то, что в основе лежала уменьшительная или обиходная форма — Амоска. Так на Руси называли не столько самого Амоса, сколько, например, Ермолая (от греческого «вестник народа») или Ермила. В народном произношении имена Ермолай и Ермил нередко сокращали до Ермоски, что в диалектах звучало как Амоска. То есть Амоскин — это «сын Амоски», а Амоска — это Ермолай или Ермил, переделанный языком в более привычный звуковой ряд.

Словообразовательная модель типична для северных и центральных областей России, где суффикс -ин и его вариант -кин активно присоединяли к именам на -а, -я. Фамилия встречается в Вологодской, Архангельской, Кировской областях — на территориях, где сохранялось оканье и где Ермоска легко превращался в Амоску. В некоторых говорах такое произношение закрепилось и в документах.

Менее вероятная, но не исключённая версия — связь с прозвищем от диалектного слова «амоска» (в некоторых говорах так называли нерасторопного, мешковатого человека). Однако письменные источники, в том числе переписные книги XVII века, фиксируют именно личное имя Амоска, а не прозвище. Это делает антропонимическую версию основной.

Таким образом, фамилия Амоскин — это отчество от народной формы крестильного имени, которое в официальных святцах звучало как Ермолай или Ермил. Предки носителя этой фамилии, скорее всего, жили на Русском Севере или в Вятском крае, а их родоначальника в быту звали Амоской.