Фамилия Аникины — одна из тех, что возникли от личного имени, но с неожиданным культурным шлейфом. В её основе лежит имя Аника, которое на Руси было и уменьшительной формой от редких календарных имён, и самостоятельным прозвищем.

С точки зрения словообразования, фамилия построена по простейшей и самой массовой модели: к основе «Аник-» добавили типичный русский суффикс принадлежности «-ин». Такие фамилии отвечали на вопрос «чей?» и означали «сын Аники» или «человек из семьи Аники». Суффикс «-ин» использовался для основ, оканчивающихся на -а, -я, поэтому «Аникин», а не «Аников».

Имя Аника восходит к двум разным греческим источникам. Первый — Иоанникий, где корень «никэ» означает «победа». Второй — Аникита, от греческого «аникэтос» — «непобедимый». В быту обе формы слились в простую и звучную Анику, которая не воспринималась как церковное имя, а жила своей жизнью.

Но самое интересное — фольклорный шлейф. Именно с образом Аники связаны два устойчивых выражения. «Аника-воин» — так в народе называли хвастуна и задиру, который неизменно терпит поражение. Это персонаж духовных стихов и лубочных картинок, где Аника хвалится своей силой, но встречает Смерть с косой и оказывается бессилен. Второе выражение — «аника-смотрок» — означало недальновидного, близорукого человека, который смотрит, да не видит. Оба оборота, скорее всего, закрепились за именем ещё до того, как оно стало фамилией, и придавали ей дополнительный оттенок — не столько героический, сколько ироничный.

Географически фамилия Аникины встречается повсеместно, но заметно чаще на севере и в центральных областях России, что характерно для имён, бытовавших в крестьянской среде. Имя Аника было распространено именно в простонародье, а не в дворянских родах, поэтому и фамилия Аникин — преимущественно крестьянская и мещанская. Дворянских ветвей с такой фамилией практически нет.

Таким образом, фамилия Аникины — это не просто «сын победителя» или «сын непобедимого». Это осколок народной культуры, где высокое греческое значение имени столкнулось с насмешливым русским фольклором. В одном человеке могли уживаться и память о древней «победе», и прозвище неудачливого хвастуна.