Фамилия Анисмов — наглядный пример того, как простое, на первый взгляд, слово может поставить перед исследователем неожиданный выбор. Внешне она выглядит как типичная русская фамилия с патронимическим суффиксом -ов, образованная от имени или прозвища. Но именно с основой и возникает загвоздка.

Самое очевидное объяснение — происхождение от крестильного имени Онисим (в просторечии Анисим). Это имя греческого происхождения, означающее «полезный», «исполняющий». В таком случае фамилия должна была бы писаться через «и» — Анисимов. Однако закрепившееся написание Анисмов (с утратой гласной) указывает на другой, более бытовой путь: основой могло стать прозвище Анис, напрямую связанное с растением анис. Пряность была известна на Руси, и прозвище могли дать либо торговцу семенами, либо человеку, любившему сдобрить еду анисом, либо тому, кто сам напоминал запах или внешний вид этого растения (например, сухощавый и пряный на язык).

Словообразовательная модель здесь нестандартна. Если бы фамилия происходила от полной формы имени, мы бы имели Анисимов. Стяжение до Анисмов — признак того, что в быту человека звали не Онисим, а именно Анис, Аниска, и от этой сокращенной, «уличной» формы и закрепилась фамилия. Такой процесс (выпадение гласной при стяжении) характерен для фамилий, которые фиксировались в устной речи раньше, чем в документах. Встречается и третий, менее вероятный вариант: связь с диалектным словом «анис» в значении «простак» или «увалень», но он не имеет широкого распространения в словарях.

В географическом плане фамилия Анисмов встречается там же, где и массовый Анисимов — в центральных и северных областях России, в Поволжье. Но её редкое написание делает её более локальной: носители такой формы, скорее всего, происходят из одного или нескольких соседних родов, где произношение закрепилось именно в таком усеченном виде. По сословному составу — это однозначно крестьянская или мещанская фамилия, без следов дворянского происхождения.

Таким образом, Анисмов — не просто вариант написания распространенной фамилии, а самостоятельная ономастическая единица, которая ценна именно своей нестандартной фонетикой. Она прямо указывает на устную традицию, где имя или прозвище «съежилось» до одного корня, и эта форма перевесила книжное, полное написание.