Фамилия Антоницкие — один из тех редких случаев, когда полное каноническое имя Антон (из лат. Antonius) легло в основу не через привычное отчество, а по иной, шляхетской модели. Вместо массовых Антоновых (суффикс -ов) или Антошиных (от уменьшительной формы) здесь сработал суффикс -ицк-, типичный для польско-литовской традиции.

Разбираем словообразовательную модель. Основа — Антон. Суффикс -ицк- (в польском написании -icki) указывает на принадлежность к месту или роду: «из рода Антонов» или «из имения Антонице». Вероятнее всего, предок носителей этой фамилии владел или происходил из небольшого поселения с корнем «Антон-» — например, Антонице или Антоново на территории бывшей Речи Посполитой. Такие фамилии на -ицкий особенно характерны для мелкой шляхты на землях современных Беларуси, Украины и восточной Польши: местная знать часто брала фамилию по названию своего поместья или хутора.

В русском контексте фамилия Антоницкие встречается крайне редко. Если она и попала в великорусские губернии, то, скорее всего, через миграцию западнорусской шляхты после разделов Польши или в результате переселений XIX века. Обратите внимание на окончание -ие (а не -ий) в современном написании — это русифицированная форма множественного числа, указывающая на целый род или семью: «Антоницкие» буквально означает «семья Антоницких».

С точки зрения социального статуса, носители фамилии чаще всего относились к мелкопоместному дворянству или однодворцам — потомкам служилых людей, которые в XVII–XVIII веках несли пограничную службу и получали землю. Однако без конкретных архивных данных по каждой ветви утверждать дворянство для всех Антоницких нельзя: в XIX веке фамилию могли получить и выходцы из духовенства (семинаристы иногда «облагораживали» свои фамилии польскими суффиксами), и крестьяне, если их записывали по названию деревни.

Итог простой: Антоницкие — это фамилия-топоним, образованная по польской модели от имени Антон. Её носители — потомки тех, кто жил в местечке Антонице или считался «антоновскими» людьми. Фамилия несёт в себе следы шляхетской культуры Восточной Европы, а её редкость в современной России объясняется узкой географией происхождения.