Фамилия Аракеловы восходит к мужскому личному имени Аракел — восточной форме имени апостола Андрея Первозванного. В переводе с армянского языка это имя означает «апостол» или «божественный защитник». Таким образом, в основе фамилии лежит не тюркское, а армянское имя, широко распространённое в среде христианских народов Кавказа и Ближнего Востока.

Фамилия образована по русской модели с суффиксом -ов, который присоединялся к именам и прозвищам, указывая на принадлежность к роду: Аракелов буквально значит «сын Аракела» или «потомок Аракела». Такая модель типична для русских фамилий, но в случае с Аракеловыми она наложилась на иноязычную основу. Это характерно для фамилий, которые возникали в среде армянского населения, долгое время жившего в тесном контакте с русскими — на Северном Кавказе, в Закавказье и в южных губерниях Российской империи.

Встречающаяся в некоторых источниках версия о тюркском происхождении фамилии (от выходцев из Золотой Орды или печенегов) маловероятна. Имя Аракел — это армянская форма греческого Апостолос, и оно прочно связано именно с армянской христианской традицией. Тюркская среда не знала этого имени в таком значении. Поэтому более точным будет считать фамилию Аракеловы армянской по корню, но оформленной по русскому словообразовательному образцу.

Большинство носителей фамилии — армяне, чьи предки приняли русское подданство и получили фамилию на -ов в XIX веке, когда массово фиксировались фамилии для податного населения. В отличие от дворянских родов, у которых фамилии закреплялись раньше, Аракеловы в основной массе относились к крестьянскому или мещанскому сословию. Фамилия достаточно редкая за пределами армянской диаспоры и встречается в основном в Армении, Грузии, а также в регионах России с компактным проживанием армян — в Краснодарском и Ставропольском краях, Ростовской области.

Имя Аракел, лёгшее в основу, имеет и другие варианты написания: Аракел, Аракелян, Аракельян. Фамилия Аракеловы — это русскоязычная адаптация армянской фамилии Аракелян, где суффикс -ян заменён на русский -ов. Такой переход был типичен в XIX — начале XX века при русификации документов.