Фамилия Ашарин — одна из тех, что хранят память о прозвище, а не о крестильном имени. В её основе лежит слово «ашара» (или «ошара»), которое в диалектах означало «вор, пьяница, шатун; мошенник, обирающий пьяных по кабакам». Прозвище было нелестным: так могли назвать человека с дурными привычками или тёмным прошлым. Чередование «о/а» в корне — следствие аканья, то есть неразличения этих звуков в безударном положении: на слух «Ошара» и «Ашара» звучали одинаково, а на письме закрепился вариант с «а».

Суффикс «-ин» указывает на типичную русскую модель образования: «чей?» — «Ашарин», то есть сын, потомок Ашары. Такая модель была особенно распространена в северных и центральных губерниях России, где фамилии на «-ин» нередко вытесняли более южные «-ов». В отличие от фамилий, образованных от полных церковных имён (например, Иванов), Ашарин стоит в ряду прозвищных фамилий, которые часто точнее отражали не род занятий, а характер или поведение человека.

По сословной принадлежности Ашарины могли быть крестьянами или мещанами: прозвища такого типа редко давали дворянам или духовенству. Встречается фамилия и сегодня, но остаётся редкой — в основном в Поволжье и на Урале. Если сравнивать с однокоренными, то ближайшая параллель — фамилия Ошарин, которая бытует параллельно и фиксируется в тех же регионах. Оба варианта восходят к одному корню, разница лишь в орфографической традиции.

Говорить о точной дате возникновения фамилии сложно: письменные источники по прозвищу «Ашара» отрывочны. Однако модель с суффиксом «-ин» активно работала в XVI–XVII веках, когда у русских крестьян и посадских людей массово закреплялись наследственные фамилии. Так что, скорее всего, Ашарины ведут свою родословную именно с того времени.