Фамилия Айдабулова — женская форма от мужской Айдабулов, и её разбор стоит начать не с корня, а с суффикса. Окончание -ов указывает на типичную русскую модель образования отчества или фамилии по отцу: «чей?» — Айдабулов, то есть сын Айдабула. Сама основа Айдабул — составное имя тюркского происхождения, где первая часть «айда» восходит к глаголу со значением «гнать, прогонять, заставлять идти», а вторая — «бул» (быть, становиться). В сумме имя можно перевести как «будь погоняющим» или «гони, чтоб было», что в кочевой культуре могло быть пожеланием активности, лидерства или даже прозвищем пастуха, загоняющего скот.

Словообразовательная модель здесь — типичная для русских фамилий, возникших в среде крещёных татар, башкир или других тюркоязычных народов, вошедших в состав Российского государства. Суффикс -ов, а не -ин, указывает на то, что основа оканчивается на согласный, что характерно для заимствованных имён. Географически фамилия Айдабуловы встречается преимущественно в регионах с компактным проживанием татар и башкир — в Татарстане, Башкортостане, Оренбургской и Челябинской областях, реже в Западной Сибири. Это сразу сужает круг возможного происхождения: предки были тюркоязычными мусульманами, принявшими православие, либо сохранившими имя как родовое прозвище, которое затем закрепилось в документах.

Спорных версий здесь немного. Некоторые любители этимологии пытаются связать «Айда» с арабским «айд» (праздник) или «Ай» (луна), но первая часть в данном составе — явно глагольная, а не лунная. Правдоподобнее всего выглядит толкование через тюркский глагол «айда» в повелительном наклонении, что подтверждается и параллельными фамилиями вроде Айдаров, Айдагулов. В ономастических трудах, например у Б. Унбегауна, такие модели описаны как результат адаптации тюркских личных имён в русской среде.

История написания фамилии устойчива: двойное «а» в начале — не ошибка, а слитное написание двух корней. В дореволюционных метрических книгах можно встретить варианты Айдабуловъ, реже Айдабуллов (с удвоенной «л»), но современная орфография закрепила одну «л». Социальный контекст: носители фамилии в XIX веке чаще всего были государственными крестьянами или казаками, поскольку в Поволжье и Приуралье тюркское население нередко записывали в казачье сословие. Никаких дворянских родов с этой фамилией не известно, что тоже говорит о её народном, а не аристократическом происхождении.