Фамилия Баранов-Груздев — двойная, а значит, её носитель унаследовал память сразу о двух родах, двух разных историях. Такие фамилии обычно возникали, когда одна ветвь пресекалась по мужской линии, и её имя передавали потомкам другой ветви, чтобы сохранить родовое имя в веках.

Первая часть, Баранов, восходит к внутрисемейному имени Баран, популярному у русских в XVI–XVII веках. Традиция называть детей в честь животных и растений идёт с дохристианских времён: человек и природа мыслились как единое целое. Давая младенцу имя Баран, родители надеялись, что природа воспримет ребёнка как своего, а к нему перейдут полезные качества избранного животного. Возможно и другое объяснение: прозвище Баран могли дать человеку, занятому изготовлением «баранов». В старину этим словом называли множество вещей — стенобитное орудие, носовой или кормовой стояк судна у поморов, род саней с ручным воротом для спуска канатов на Нижегородчине, подвесной глиняный рукомойник. Не исключено, что прозвище указывало и на особенности характера — настойчивость, упорство. Фамилию Баранов носили несколько дворянских родов. Древнейший из них ведёт начало от мурзы Ждана по прозвищу Баран, прибывшего в Россию из Крыма в 1430 году. Он служил при великом князе Василии Васильевиче Тёмном «на коне, при сабле и луке со стрелами». Эти предметы вошли в утверждённый герб Барановых: щит, разделённый горизонтально. В верхнем голубом поле — натянутый серебряный лук и золотой ключ, через кольцо которого проходят сабля и стрела. В нижней части на золотом поле — бегущий белый конь.

Вторая часть фамилии, Груздев, происходит от прозвища Груздь, в основе которого лежит название гриба. Скорее всего, основатель рода был грибником и собирал преимущественно грузди. Само слово «груздь» в буквальном смысле означает «растущий на груде» (куче, возвышении). Отсюда — предположение, что прозвище мог получить человек, живший на холме. Но более вероятно, что прозвище было внутрисемейным и выполняло «охранительную» функцию: по древнему славянскому обычаю, детям давали имена со значением, прямо противоположным тому, что желали родители. Надеясь вырастить здорового и счастливого мальчика, его могли назвать Груздем — как бы обманывая злые силы. В переносном смысле «груздь» могло означать «тот, у кого горькая доля», но в данном случае это, скорее, оберег, а не характеристика.