Фамилия Баршенин — один из тех случаев, когда внешне простая основа скрывает неочевидную этимологию. На первый взгляд, в ней слышится что-то «барское» или иноязычное, но при разборе по косточкам выясняется: перед нами типичная русская фамилия, образованная по модели «прозвище + суффикс -ин».

Ключ к разгадке — суффикс -ин. Он указывает на принадлежность: «чей?» — «Баршенин», то есть сын или потомок человека по прозвищу Баршеня. Само прозвище Баршеня — это, скорее всего, производное от слова «барш» или «барша». В русских говорах, особенно северных и сибирских, «барша» — это медвежья берлога, а также яма, овраг, бурелом. Человека могли прозвать Баршеней за то, что он жил у такого места, либо за нелюдимый, «медвежий» характер. Версия с берлогой выглядит правдоподобнее, чем прямая связь с «барином»: суффикс -еня характерен для прозвищ от нарицательных существительных (ср. Гуля, Рыжа, Косарь — Косареня, хотя последнее редкость).

Менее вероятно, но не исключено, что в основе лежит диалектное «баршень» — так в некоторых регионах называли крупный кусок, обрубок дерева или неуклюжего человека. Тогда Баршеня — это «коренастый» или «тяжелый на подъем». В любом случае, прозвище носило бытовой, а не социальный оттенок и не связано с дворянством.

Фамилия редкая. По географической привязке: Баршенины встречаются в Поволжье и на Урале, что косвенно подтверждает севернорусские корни прозвища (медвежий промысел, таежный быт). В дворянских родословных книгах эта фамилия не значится — это крестьянская или мещанская фамилия, возникшая не ранее XVII века, когда прозвища начали закрепляться в качестве наследственных. Интересно, что в некоторых переписях XIX века фиксировали вариант «Баршин» — с утратой суффикса -ен-, что говорит о вариативности устной речи.

Таким образом, Баршенин — это «сын того, кто живет у берлоги» или «сын медвежатника». Никакой экзотики, только русский Север и меткое народное слово.