Фамилия Баштовой — типичный пример прозвища, перешедшего в родовое имя по профессиональному признаку. В её основе лежит южнорусское и украинское слово «баштан» (бахча), которое пришло из персидского bostan — «сад». Так называли участок земли, засаженный арбузами, дынями или тыквами, обычно на целине или залежных землях.

Человек, получивший прозвище Баштовой, скорее всего, имел прямое отношение к бахче: либо выращивал бахчевые культуры, либо сторожил созревший урожай. Охрана бахчей была делом ответственным — баштаны нередко разбивали вдали от жилья, и сторож жил прямо в поле в шалаше, следя за порядком.

Обратите внимание на суффикс -ов-: в фамилиях он чаще всего указывает на принадлежность («чей?» — Баштовой, то есть сын или работник Баштана). Но здесь этот суффикс нестандартный. В украинской и южнорусской традиции прозвища на -овой (-евой) нередко закреплялись прямо в такой форме, без типичного для великорусских фамилий окончания -ов. То есть Баштовой — это не «сын Баштана», а сам «бахчевод» или «сторож бахчи».

Географически фамилия привязана к югу России и Украины — регионам, где бахчеводство было традиционным промыслом. В центральных и северных областях России она практически не встречается.

Интересно, что в украинском языке есть фамилия Баштан (без суффикса) и Баштаненко, а форма Баштовой — более редкая, с явным южнорусским колоритом. Это говорит о том, что предок носителя фамилии жил в зоне смешения украинских и русских говоров, возможно, на Кубани или в бывшей Слобожанщине.

Таким образом, фамилия Баштовой — не загадка, а прозрачное указание на занятие предка: он был человеком, который работал на бахче. Никаких других версий (от «башни» или чего-то подобного) лингвистика не подтверждает.