Фамилия Беренделин — редкий случай, когда в основе лежит не прозвище или профессия, а напрямую этноним, то есть название народа. Вопреки расхожему мнению, никакого отношения к сказочному «Берендееву царству» из пьесы Островского она не имеет. Речь идет о реальном кочевом народе — берендеях, тюркском племени, которое в XI–XIII веках входило в союз «черных клобуков» и несло сторожевую службу на южных границах Древней Руси, в основном в районе Переяславля и Киева.

Фамилия образована по стандартной патронимической модели с суффиксом -ин. Это значит, что предка, от которого пошла фамилия, звали Берендей. В древнерусской антропонимии имя Берендей не было редкостью: его давали ребенку по этнической принадлежности отца или деда, либо же как «охранительное» имя, напоминавшее о воинственных соседях. Таким образом, Беренделин — буквально «сын Берендея», то есть потомок человека, которого в свое время прозвали по племенной принадлежности.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и центральным областям. Наибольшая концентрация носителей исторически фиксируется в Тульской, Рязанской и Орловской губерниях — как раз тех землях, куда после монгольского нашествия отходили остатки берендеев, постепенно смешиваясь с местным славянским населением. Встречается фамилия и на Украине, в Черниговской и Полтавской областях, что подтверждает древнюю киевскую привязку.

Словообразовательная модель здесь проста, но показательна: суффикс -ин указывает на принадлежность к конкретному лицу, а не к местности (как -ский). Это говорит о том, что фамилия сложилась в среде, где еще помнили прозвище или нецерковное имя родоначальника, а не в среде служилого дворянства, получавшего фамилии по названиям поместий. Беренделины, скорее всего, происходят из крестьянской или однодворческой среды, где родовые прозвания передавались по отцу без изменений.

Любопытна и параллель с фамилией Берендеев. Беренделин — форма более редкая и архаичная. Если Берендеев прямо отвечает на вопрос «чей?» (сын Берендея), то Беренделин — та же модель, но с другим суффиксальным оформлением, характерным для северных и центральных говоров. В письменных источниках XVII–XVIII веков обе формы могли сосуществовать, обозначая одно и то же: потомка человека по прозвищу Берендей.