Фамилия Берестина — женская форма, исходная мужская — Берестин. В русской традиции фамилии на -ин образуются от основ, оканчивающихся на -а или -я. Основа здесь — «береста». Всё прозрачно, но это как раз тот случай, когда прозрачность обманчива.

Чаще всего Берестиным становился тот, кто занимался берестой: драл кору для письма, плёл лапти, короба, туеса, делал кровлю или дёготь. В северных и центральных губерниях России береста была ходовым материалом — промысел давал прозвища. Человека могли прозвать Береста, а его потомки получали фамилию Берестины. В пользу ремесленной версии говорит и то, что фамилия встречается в регионах с развитым берестяным ремеслом: в Новгородской, Вологодской, Архангельской, Вятской губерниях.

Но есть и второй вариант, менее очевидный. В некоторых говорах «береста» (или «бересто») называли не только кору, но и человека с грубой, шелушащейся кожей — по аналогии с корой берёзы. Прозвище могло закрепиться за тем, у кого была особая кожа, или, скажем, за бледным, светловолосым человеком — цвет бересты. Такая мотивация встречается в народной ономастике, хотя она реже, чем профессиональная.

Словообразовательно фамилия проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — сын Бересты). Никаких редких суффиксов вроде -их или -ский здесь нет, что говорит о крестьянском или мещанском происхождении большинства носителей. Дворянские фамилии на -ин тоже бывают, но обычно от имён (Пушкин, Гагарин), а не от названий материалов.

Встречаются и варианты с другим ударением: Бере́стина (от слова «берест» — вид вяза) и Берестина́. Если ударение на последний слог, корень меняется: «берест» — это уже дерево, а не кора. Такая фамилия могла возникнуть от прозвища по месту жительства — у берестовой рощи. Но это более редкий случай, и чаще всего носители фамилии Берестина всё же связаны с берёзовой корой, а не с вязом.

Однокоренные фамилии — Берестов, Берестнев, Берёзкин — показывают, что корень «берест/берест» в русских фамилиях не редкость, но именно Берестин держится ближе к конкретному ремеслу. В XIX веке фамилия фиксируется в метрических книгах по Псковской и Тверской губерниям, что косвенно подтверждает версию о берестяном промысле в лесных районах.