Фамилия Блюмкин — пример того, как одно и то же слово могло прийти к носителю разными путями. Самая вероятная версия связывает её с именем Блюмка — народной формой идишского женского имени Блума, то есть «цветок». Родители, называя так дочь, желали ей расти прекрасной. Чередование гласных у/ю в корне — результат естественных языковых процессов, а не ошибка.

Но есть и вторая, не менее логичная гипотеза: прозвище Блюмка могло возникнуть напрямую от немецкого Blume — «цветок». В таком случае оно указывало на профессию: цветовод или продавец цветов. Обе версии не противоречат друг другу, так как имя и прозвище могли существовать параллельно, а фамилия закрепилась за разными ветвями рода.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: к основе Блюм(к)- добавлен славянский суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — Блюмкин). Это типично для фамилий, возникших в восточноевропейской еврейской среде, где идишские и немецкие корни нередко получали русское или польское оформление. Другие ашкеназские фамилии оформлялись формантами -сон/-зон («сын»), -ман («человек»), -кинд («ребёнок»), -бейн («кость»), -штам («ствол»), -ер, -с. Горские евреи Кавказа заимствовали грузинский суффикс -швили («дитя»), а в Израиле распространены фамилии с суффиксами -ис/-ес, приставкой бен- («сын») и артиклем Га-.

Самый известный носитель фамилии — Яков Григорьевич Блюмкин (1900–1929), российский революционер, советский разведчик и один из создателей разведывательных служб СССР. Его биография яркая и трагическая, но она не отменяет того факта, что для большинства Блюмкиных фамилия — просто память о предке-цветоводе или о девочке, которую назвали Цветочком.