Фамилия Болябин — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, сохранилось почти без изменений, но его значение не лежит на поверхности. Вопреки ожиданиям, корень здесь не связан с «болями» или страданиями. Основа «Боляб» — это, скорее всего, вариант древнерусского нецерковного имени Боляба или Боляб. Такие имена давали в быту до повсеместного распространения полных христианских имён. В старых актах встречается, например, крестьянин Боляба (XV век), и имя это, по одной из версий, могло быть образовано от глагола «болябать» — говорить невнятно, бормотать, или же от диалектного «болябый» — неуклюжий, неповоротливый. То есть прозвище давали не по болезни, а по манере речи или поведению.

Суффикс «-ин» указывает на типичную русскую модель образования: «чей?» — Болябин, то есть сын или потомок Болябы. Такая форма характерна для фамилий, произошедших от имён, прозвищ или профессий, оканчивающихся на -а/-я. В этом смысле фамилия стоит в одном ряду с Путятиным (от Путята) или Шараповым (от Шарап), но с более редкой и архаичной основой.

Географически фамилия тяготеет к центральным и южнорусским областям, особенно к Воронежской, Тамбовской и Рязанской губерниям. В дореволюционных метрических книгах Болябины чаще всего записаны как государственные крестьяне или однодворцы. Однодворцы — особое сословие, занимавшее промежуточное положение между крестьянами и мелкими помещиками, и у них часто сохранялись очень старые, ещё допетровские фамилии. Так что предки современных Болябиных, вероятно, были не крепостными, а лично свободными землепашцами или служилыми людьми «по прибору», нёсшими сторожевую службу на южных рубежах Московского государства.

Интересная деталь: в некоторых говорах слово «боляба» означало ещё и большую шишку или нарост на дереве. Если прозвище пошло от этого значения, то родоначальника могли так прозвать за коренастость, плотное телосложение или за какое-то заметное внешнее отличие. Но эта версия менее распространена, чем антропонимическая — от личного имени. В любом случае, фамилия Болябин — не про боль, а про древнее, почти забытое прозвище, которое через века превратилось в родовое имя.