Фамилия Бороухины (в мужском варианте — Бороухин) необычна тем, что её основа — не профессия, не внешность и не имя святого, а имя мифологического существа. Первоначальная форма фамилии звучала как Боровухин, но в устной речи «в» выпало, и закрепился вариант «Бороухин». Такое выпадение — не ошибка, а естественное влияние редуцированного произношения, когда язык упрощает стечение звуков.

В основе лежит мирское имя Боровуха. В древнерусских народных поверьях Боровухой называли жену лешего. Её представляли в обличье красивой девушки или женщины, которую можно встретить в лесу или у воды. Считалось, что это существо очень опасно: способно соблазнить, напугать до потери рассудка или напустить болезнь.

Имя Боровуха выполняло роль «охранительного» оберега. На Руси был распространён суеверный обычай: чтобы не искушать судьбу и отвести от ребёнка зло, ему давали имя со значением, прямо противоположным тому, чего желали родители. Называя сына «Боровуха» (то есть именем страшного духа), предки надеялись, что злые силы не тронут такого ребёнка — примут за «своего» или побоятся. Это типичная магия имени: чем страшнее прозвище, тем спокойнее жизнь.

Фамилия Бороухин — отчество второго порядка: Боровуха → Боровухин сын → Бороухин. Модель образования с суффиксом -ин указывает на принадлежность к конкретному лицу, что характерно для русских фамилий, сложившихся в центральных и северных регионах. О точном месте и времени возникновения фамилии говорить сложно — процесс формирования фамилий был длительным и шёл неравномерно. Однако ясно одно: Бороухины — потомки человека, который в XV–XVII веках носил редкое охранное имя Боровуха, и в этой фамилии сохранился отголосок древних верований, где мир людей и мир духов не были разделены непроходимой границей.