Фамилия Борцева — женская форма фамилии Борцев, и чтобы понять её происхождение, нужно разобрать мужской вариант. Основа здесь — «Борец» или «Борца». На первый взгляд кажется, что фамилия связана с борцом — человеком, занимающимся борьбой, но в русских прозвищах такой прямой связи почти не бывает. Чаще всего «Борцом» в старину называли не спортсмена, а задиру, драчуна или упрямого человека, который «боролся» с обстоятельствами или людьми. Это прозвище могло закрепиться за крестьянином или ремесленником, известным своим неуступчивым характером.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ев указывает на принадлежность — «сын Борца» или «из семьи Борца». То есть Борцев — это потомок человека по прозвищу Борец. В русских говорах встречается и вариант «Борцов» (от «борец» через суффикс -ов), но Борцев — форма, более характерная для фамилий, где основа оканчивается на мягкий согласный или шипящий, что и даёт -ев вместо -ов.

Есть и другая, менее распространённая версия: фамилия могла образоваться от имени Борис через его просторечную форму «Борец». В народе имена нередко усекали или переиначивали, и Борис мог превратиться в Борца. Тогда Борцев — это «сын Борца», то есть потомок человека по имени Борис. Эта гипотеза правдоподобна, но уступает первой по частоте: в ономастике прозвища, связанные с характером, встречаются чаще, чем производные от имён через нестандартные формы.

Географически фамилия Борцева встречается в центральных и южных регионах России, особенно в Рязанской, Тамбовской и Воронежской областях. Там она могла закрепиться за крестьянскими родами, где прозвище Борец передавалось по наследству. В документах XVII–XVIII веков можно найти упоминания «Борцов», но форма Борцев фиксируется позже, в XIX веке, в метрических книгах и ревизских сказках.

Уникальная деталь: фамилия Борцева — яркий пример того, как суффикс -ев «смягчает» основу. Если бы прозвище звучало как «Борец» (с твёрдым окончанием), фамилия была бы Борцов. Но форма Борцев говорит о том, что в говоре предков слово «борец» произносилось с мягким «ц», что характерно для некоторых южнорусских диалектов. Так что по фамилии можно реконструировать не только характер предка, но и особенности его речи.