Фамилия Брунцалова — редкая и неочевидная. Её основатель получил прозвище Брунцал, а уже от него образовали фамилию с типичным русским суффиксом -ов. Суффикс -ов указывает на принадлежность: Брунцалов — буквально «сын Брунцала» или «из семьи Брунцала». Такая словообразовательная модель, при которой фамилии возникали от личного прозвища или имени (христианского или языческого), широко представлена в ономастике восточных, западных и южных славян.

Сам корень «брунц-» — тёмный. Вероятнее всего, он звукоподражательный или связан с диалектным глаголом «брунчать» (бренчать, звенеть, издавать глухой звук). В русских говорах «брунчать» означало также «ворчать», «бормотать». Тогда Брунцалом могли прозвать человека неразговорчивого, постоянно что-то бурчащего под нос, либо того, кто работал с металлом — например, лудильщика или медника, чьё ремесло сопровождалось звоном и бряцанием.

Менее вероятна, но возможна связь с немецкой фамилией Brunzel (от brun — «коричневый»). В XVIII–XIX веках в Россию приезжали немецкие мастера, ремесленники и колонисты, и их фамилии иногда русифицировались. Брунцал мог быть адаптированным вариантом Brunzel или Bruntzel, к которому добавили русский суффикс -ов. Эта версия объясняет нехарактерный для славянских прозвищ корень, но требует документального подтверждения для конкретной семьи.

Фамилия Брунцалова — штучная, локальная. Встречается преимущественно в южных регионах России, на Дону и Кубани, где исторически смешивались русские, украинские и иногородние переселенцы. В дореволюционных метрических книгах и ревизских сказках она почти не попадается, что говорит о позднем закреплении — скорее всего, во второй половине XIX века, когда крестьянам и мещанам массово присваивали фамилии по прозвищам.

Если ваши предки носили фамилию Брунцалова, стоит искать их в казачьих станицах или слободах, где жили мастеровые люди. Прозвище могло закрепиться за человеком, который «брунчал» — то есть звякал инструментом или постоянно ворчал на домашних. В любом случае, это фамилия-характеристика, а не фамилия-крестильное имя, и её разгадка лежит в быту, а не в святцах.