Фамилия Буркунова — одна из тех, где за привычным звучанием скрывается сразу несколько возможных историй. В её основе лежит прозвище Буркун, а вот что оно означало — вопрос открытый.

Самая прямая версия ведёт к слову «буркун» — так в народе называли дикую гречу, медоносное растение. В этом случае прозвище мог получить человек, знающий толк в травах: собиратель, знахарь или пасечник, чьи пчёлы брали взяток именно с буркуна. Фамилия, образованная от названия растения, — явление нередкое, и в этом смысле Буркунова стоит в одном ряду с Мятликовыми или Полынновыми.

Но есть и другая версия, более житейская. Глагол «буркать» в просторечии означал «ворчать, бормотать, говорить невнятно». Отсюда Буркун — прозвище человека с тихой, неразборчивой речью или вечно недовольного, ворчливого. Такие прозвища по характеру давались на Руси очень часто, и «буркливый» сосед или родственник вполне мог оставить след в фамилии.

Суффикс -ов- в фамилии указывает на стандартную русскую патронимическую модель: Буркунов — это «сын Буркуна». Со временем окончание женского рода -а закрепилось за потомками по женской линии или при передаче фамилии в документах.

Какая из версий правдоподобнее? Однозначного ответа нет. Фамилия не слишком распространена, и письменных источников, которые бы зафиксировали прозвище Буркун в конкретном значении, сохранилось мало. Однако обе гипотезы имеют право на существование: растениеводство и народная медицина были важной частью деревенского быта, а ворчливость — одной из самых заметных черт характера, которую быстро замечали и закрепляли в прозвищах.