Фамилия Бурулева — яркий пример того, как фамилия может хранить в себе не только имя предка, но и его прозвище, связанное с характером или поведением. В основе фамилии лежит глагол «бурулить» или «бурундить», который в ряде русских говоров (особенно северных и сибирских) означал «ворчать, брюзжать, бормотать себе под нос». Соответственно, Буруля — это прозвище ворчливого, недовольного человека, который постоянно что-то бурчит. Такие прозвища были широко распространены в крестьянской среде: они не обязательно несли негативный оттенок, а скорее метко описывали заметную черту характера.

Словообразовательная модель фамилии прозрачна: суффикс -ев указывает на принадлежность. Бурулева буквально означает «дочь (или жена) Бурули». В русской традиции фамилии на -ев образовывались от прозвищ и имен, оканчивающихся на мягкий согласный или -й (Буруля → Бурулев). Интересно, что в отличие от более частых фамилий на -ов, здесь суффикс -ев встречается реже, что делает фамилию заметной на общем фоне.

Менее вероятна, но всё же возможна версия, что основа связана с диалектным словом «бурулька» — так в некоторых регионах называли сосульку или небольшой бугорок. В этом случае прозвище могло относиться к внешности: например, к человеку с острыми чертами лица или невысокому коренастому. Однако первая версия — от ворчливого поведения — кажется более убедительной, так как глагольные прозвища в русской ономастике встречаются гораздо чаще, чем предметные.

Географически фамилия тяготеет к северным и северо-западным областям России, где слово «бурулить» было в ходу. Встречается она нечасто, что говорит о её локальном происхождении: скорее всего, родоначальник был жителем конкретной волости или деревни, где его прозвище закрепилось за потомками. В писцовых книгах и ревизских сказках XVII–XVIII веков фамилия Бурулев встречается в Вологодской и Архангельской губерниях, что подтверждает её северное происхождение.

Таким образом, предок носительницы фамилии Бурулева был, по всей вероятности, человеком с независимым характером, не стеснявшимся выражать недовольство вслух, — и эта черта оказалась настолько яркой, что стала родовым именем.