Фамилия Дардыкина — женская форма фамилии Дардыкин, и её разбор стоит начать с неочевидного на первый взгляд корня. В ней нет ничего общего с даром или дарением, как могло бы показаться. Основа «Дардык-» образована от прозвища или некалендарного имени Дардыка, а оно, в свою очередь, восходит к древнерусскому глаголу «дардать» — «дрожать, трястись, болтаться». В словарях Владимира Даля это слово фиксируется с пометой «южное» и «западное»: «дардать» означало также «торчать, мотаться», а о человеке — «быть неуклюжим, неповоротливым или, наоборот, суетливым».

Словообразовательная модель здесь простая и типичная для русских фамилий: суффикс -ин указывает на принадлежность. Дардыкин — буквально «сын Дардыки», то есть потомок человека, которого в округе прозвали Дардыкой. Суффикс -ык (или -ик) в прозвище часто придавал оттенок носителя признака: Дардыка — тот, кто «дардает», дрожит или мотается. Вряд ли это была характеристика труса — скорее, человека с заметной манерой двигаться, торопливого или, по другой версии, долговязого и нескладного.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и западнорусским областям, где глагол «дардать» был в ходу. Встречается она в старых переписях Курской, Орловской, Воронежской губерний, а также в Белоруссии. Встречается вариант с ударением на первый слог — Дардыкин, что характерно для южного акающего говора. Интересно, что в некоторых диалектах «дардыка» могло означать не только человека, но и предмет — например, что-то болтающееся, торчащее, вроде колышка или плохо закреплённой детали. Не исключено, что прозвище получил мастер, работавший небрежно, или же крестьянин, чья телега всё время скрипела и тряслась.

Фамилия Дардыкина — не дворянская и не книжная, а чисто бытовая, из народной гущи. Она не фиксируется в боярских списках и не встречается в родословных книгах, но это как раз и делает её ценной для истории: такие фамилии рассказывают о повседневной жизни, о том, как люди подмечали друг в друге особенности и закрепляли их в родовом имени. Если вы носите эту фамилию, ваши предки, скорее всего, были крестьянами или ремесленниками из чернозёмной полосы России, и прозвище им дали за характерную черту — может, за быструю походку, может, за вечно дрожащие от работы руки.