Фамилия Дигунов — редкий случай, когда корень слова почти полностью совпадает с современным русским словом, но смысл при этом уходит в диалект или профессиональный жаргон. Основа здесь — «дигун» или «дигунок». В южнорусских и украинских говорах так называли дикого кабана, секача. Соответственно, прозвище Дигун мог получить либо охотник, промышлявший кабанов, либо человек, которого сравнивали с вепрем — за силу, неуживчивость, густую щетину или грубый нрав.

Суффикс -ов указывает на классическую русскую патронимическую модель: Дигунов — это «сын Дигуна». Фамилия образована от прозвища, а не от крестильного имени, что характерно для более поздних (XVI–XVII века) и часто простонародных фамилий. В документах XVII века встречаются прозвища Дикой, Дикун, Дигун — все они относятся к той же семантической группе «дикий зверь».

Есть и вторая, более прозаичная версия. В некоторых северных и сибирских говорах «дигун» — это вид махровой ткани или одежды из неё. Тогда прозвище могло относиться к торговцу или портному, работавшему с таким материалом. Эта гипотеза менее распространена, но имеет право на существование: фамилии от названий тканей (Суконников, Холстов) встречаются часто, а «дигун» могло быть местным словом, не попавшим в литературный язык.

Географически фамилия Дигунов тяготеет к югу России — Воронежская, Ростовская области, Краснодарский край, а также к восточной Украине. Это косвенно подтверждает «кабанью» версию: именно в чернозёмной полосе и в Приазовье водились крупные дикие свиньи, охота на которых была обычным делом.

Интересно, что фамилия не имеет варианта Дигунов/Дигунёв — ударение устойчиво падает на последний слог. Это отличает её от похожих по звучанию фамилий (например, Дягунов), где корень связан с птицами. В целом, Дигунов — фамилия, которая почти наверняка рассказывает о предке-охотнике или о человеке с «диким» характером, и в этом её краткая, но выразительная история.