Фамилия Дурнавцева — один из тех случаев, когда внешняя неблагозвучность обманчива. Её основа не имеет отношения к чему-то «дурному» в современном значении слова. В основе лежит древнерусское нецерковное имя (прозвище) Дурнавец, которое, скорее всего, образовано по модели «дурной» + «овца». Только слово «дурной» в древности означало не «плохой», а «глупый, бестолковый» или, в некоторых говорах, «сумасбродный, своенравный». А «овца» — символ кротости и покорности. Соединение этих двух смыслов давало ироничное прозвище для человека, который, по мнению окружающих, был «глупым как овца» или, наоборот, вел себя не по-овечьи — упрямо и неразумно.

Словообразовательная модель здесь простая: прозвище Дурнавец (суффикс -ец указывал на лицо по характерному признаку) перешло в фамилию через патронимический суффикс -ов (чьи? — Дурнавцевы). Женская форма Дурнавцева образована по стандартному правилу. Важно заметить: фамилия не содержит в себе суффикса -ин, который типичен для прозвищ на -а/-я (типа Дурнавин), а значит, её основа — именно полная форма имени Дурнавец, а не сокращённая.

В исторической перспективе такие «отрицательные» прозвища были обычным делом. Наши предки не боялись называть детей и взрослых нелестными именами, веря, что это защитит от сглаза или злых сил. Дурнавец — из того же ряда, что и фамилии Некрасов, Негодяев, Злобин. Со временем первоначальный смысл стёрся, и фамилия стала просто родовым именем. Географически фамилия Дурнавцев (и её женская форма) встречается в основном в центральных и южных областях России, но нигде не образует плотных гнёзд — это довольно редкая фамилия, что подтверждает её происхождение от единичного прозвища, а не от массового явления.

Сравнение с однокоренными фамилиями, например, Дурново или Дурновцев, показывает разную грамматическую историю: Дурново — застывшая форма родительного падежа (из дворянской среды), а Дурнавцева — типичная крестьянская или мещанская патронимическая фамилия. Таким образом, предки носительницы фамилии Дурнавцева были, вероятнее всего, крестьянами или посадскими людьми, и их родовое прозвище не несло в себе злого смысла — лишь бытовую, слегка насмешливую характеристику.