Фамилия Дутин — одна из тех, где внешняя простота обманчива. На первый взгляд, она образована от прозвища или имени Дутя с помощью стандартного русского суффикса -ин, указывающего на принадлежность («чей?» — сын Дути). Но что скрывается за основой «дут-»? Здесь возможны два совершенно разных пути, и выбор между ними зависит от того, в какой среде и когда фамилия закрепилась.

Первый и самый очевидный вариант — прозвище, данное за внешность или характер. В русских говорах «дутый» — это не только «полый внутри», но и «надутый, сердитый», «важный, надменный» или «толстый, пухлый». Человек с пышными формами, надутыми щеками или, наоборот, обидчивый и гордый легко мог получить прозвище Дутый, а его сын — стать Дутиным. Этот вариант хорошо вписывается в народную традицию прозвищ, которые давали по бросающейся в глаза черте.

Второй, менее очевидный, но исторически весомый путь — отчество от крестильного имени. В святцах есть редкое имя Дут (или Дута) — сокращенная форма от греческого Феодот (Богом данный). В русском быту имя Феодот звучало как Федот, а в просторечии могло стянуться до Дута (через форму Дот). Если это так, то Дутин — ровесник фамилиям Федотов и Фотин, но с более народным, «окающим» звучанием. Версия с именем подкрепляется тем, что в старых писцовых книгах встречаются записи «Дута Иванов» (XVI век), где Дута — явно личное имя, а не прозвище.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным областям России (Архангельская, Вологодская, Костромская губернии), где говоры сохраняли архаичные формы имен. В южных регионах, где больше украинского влияния, фамилия встречается реже. Интересна и фонетическая деталь: в некоторых говорах фамилия могла произноситься с ударением на первый слог — Ду́тин, что сближает её с формами на -утин (как Путин, от Путька/Путило). Но в литературной норме закрепилось ударение на второй слог — Дути́н.

Таким образом, предок современных Дутиных мог быть либо «надутым» человеком с характером или фигурой, либо носителем старинного имени Дут (Феодот). Обе версии имеют под собой реальную почву, и только изучение конкретной семейной истории (записей в метрических книгах, ревизских сказок) может дать окончательный ответ.