Фамилия Ельчиновы — одна из тех, где на небольшом пространстве умещается несколько версий происхождения, и ни одна из них не выглядит натянутой. Разбираться в таких случаях интереснее всего.

Первый и самый вероятный путь — от крестильного имени через уменьшительную форму. В основе лежит имя Ельча (или Ельша). Так могли в быту называть человека, носившего одно из «ел-» имён: Елизар (с древнееврейского — «Бог помог»), Елисей (с греческого — «желанный», «чудесный») или Елистрат («добрый воин»). Уменьшительные формы на «-ча» в русской традиции были обычным делом: Ивашка, Петруня, Ельча. От этого имени и пошла фамилия через стандартный суффикс принадлежности «-ов»: «чей?» — Ельчинов, то есть сын или потомок Ельчи.

Однако суффикс «-ин» в варианте Ельчинов (а не Ельчов) намекает на другую возможность. Дело в том, что фамилии на «-ин» чаще образовывались от основ на «-а/-я». Если бы исходное имя звучало как Ельча, логичнее было бы ожидать форму Ельчин — и она действительно встречается. Но написание через «-ов» (Ельчинов) указывает на то, что в основе могло лежать полное прозвище Ельч, а не только имя. И здесь открывается второе поле для версий.

В русских говорах бытовали глаголы «елесить», «елешить» — льстить, угодничать, хитрить. Прозвище Ельча могли дать человеку с соответствующим характером. Менее распространённое, но тоже возможное объяснение — связь с деревом «ель». В этом случае прозвище могло указывать на место жительства: человек, живший в еловом лесу или у заметной ели. Такие «географические» прозвища давали охотно, и они легко превращались в фамилии.

Словообразовательная модель здесь простая: основа (имя или прозвище Ельч/Ельча) + суффикс «-ов». Это одна из самых распространённых моделей в русской антропонимии, что делает фамилию типичной по форме, но неоднозначной по смыслу.

Точное время возникновения фамилии Ельчиновы не установлено. Как и большинство русских фамилий такого типа, она оформилась не раньше XVI–XVII веков, когда процесс закрепления наследственных родовых имён стал массовым. Встречается фамилия преимущественно в центральных и южных регионах России, но без узкой географической привязки к одной местности.

Из известных носителей можно назвать разве что упоминания в документах XIX века — например, в списках дворян и купцов некоторых губерний, но систематических данных о знаменитых Ельчиновых нет. Это не делает фамилию менее интересной: она — живой пример того, как в одном слове могут пересекаться церковное имя, народное прозвище и бытовая география.