Фамилия Ельчины (в мужском роде — Ельчин) образована от личного имени или прозвища, а не от географического названия. В основе, скорее всего, лежит уменьшительная форма Ельча (или Ельша) от одного из крестильных имён, начинающихся на Ел-: Елизар (древнееврейское «Бог помог»), Елисей (греческое «желанный, чудесный») или Елистрат (греческое «добрый воин»). Такая модель — усечение полного имени до короткого, обиходного варианта — типична для русских фамилий на -ин. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — сын Ельчи, то есть Ельчин.

Но есть и другая, не менее правдоподобная версия. Фамилия могла закрепиться за человеком по прозвищу Ельча, которое давали либо хитрецу (от диалектных глаголов «елесить, елешить» — льстить, хитрить), либо тому, кто жил в еловом лесу или рядом с заметной елью. Связь со словом «ель» простая и наглядная, такие прозвища по месту жительства давали часто. Спор между «имянной» и «прозвищной» версиями не решён: обе имеют право на существование, и окончательный выбор зависит от конкретной семейной истории.

Примечательна сама форма фамилии — Ельчин, а не более распространённая Ельцин. Разница в одной букве, но она меняет словообразовательную модель: Ельчин — от основы Ельч- (Ельча), а Ельцин — от Ельц- (Елец). Это редкий случай, когда написание фамилии сохранило исходный вариант имени-основы без упрощения. О точном времени и месте возникновения фамилии говорить сложно: процесс шёл несколько столетий, а письменные источники фиксируют фамилии лишь с XVI–XVII веков. Ясно одно: Ельчины — не случайное созвучие, а фамилия с прозрачной, хотя и раздвоенной, этимологией, уходящей корнями либо в святцы, либо в бытовое прозвище.