Фамилия Ермишко происходит от крестильного имени Ермолай, которое в переводе с греческого означает «вестник народа». Однако в основе фамилии лежит не полная форма, а уменьшительно-ласкательный вариант — Ермишко. Такие формы были особенно распространены в украинской и белорусской среде, где суффикс -ишко (вместо русского -ишка) придавал имени оттенок ласкательности или принадлежности к младшему поколению. Изначально Ермишко — не фамилия, а обиходное именование человека, которое затем закрепилось за его потомками.

Церковным покровителем имени считается святой мученик Ермолай, живший в IV веке. По преданию, он был пресвитером в Никомедии и за проповедь христианства после жестоких мучений принял смерть через усечение мечом. Память святого отмечается 8 августа (26 июля по старому стилю), и именно в честь него мальчиков часто нарекали Ермолаями.

Словообразовательная модель фамилии Ермишко — типичная для западнорусских земель. Суффикс -ко (в разных огласовках -ишко, -енко, -ченко) характерен для украинской и южнобелорусской ономастики. В отличие от русских фамилий на -ов/-ев или -ин, которые означали «сын такого-то», фамилии на -ко чаще фиксировали прозвище или уменьшительное имя самого человека, а не его отца. Поэтому Ермишко могло означать «маленький Ермолай» или «Ермолай-младший».

Географически фамилия тяготеет к современной Украине, особенно к её центральным и северным областям, а также к югу Беларуси. Встречается она и в России, но как результат миграций XVIII–XIX веков. В переписных книгах и ревизских сказках фамилию Ермишко можно найти среди казаков и крестьян Черниговской, Полтавской и Киевской губерний.

Редкость фамилии объясняется тем, что имя Ермолай, хоть и было каноническим, не входило в число самых популярных в народной среде. Чаще его использовали в простонародье, а в дворянской среде предпочитали более «благозвучные» формы. Поэтому Ермишко — фамилия преимущественно крестьянская или мещанская, без аристократического шлейфа. Сегодня она сохраняется в основном на западе России, в Беларуси и на Украине, оставаясь живым свидетельством того, как церковное имя обрело бытовое, почти домашнее звучание.