Фамилия Фабристов — редкий случай, когда за безобидным, на первый взгляд, прозвищем стоит не ремесло и не профессия, а вполне конкретный предмет туалета. Основа фамилии — прозвище Фабристый, а оно, скорее всего, связано со словом «фабра». Словарь Даля трактует «фабру» как краску или мазь, которой чернили усы и бакенбарды. То есть Фабристый — это человек, который либо сам пользовался такой косметикой, либо, что вероятнее, делал на этом ремесло.

Здесь открывается простор для двух версий. Первая — «профессиональная»: прозвище могли дать цирюльнику, который подкрашивал клиентам усы, или торговцу этой самой краской. Вторая версия — бытовая, ироничная: Фабристым могли окрестить щеголя, который слишком усердно чернил свои бакенбарды, за что и получил насмешливое прозвище. Обе гипотезы правдоподобны, но первая выглядит основательнее: прозвища по роду занятий встречались чаще, чем прозвища за внешний вид, хотя и то и другое было в ходу.

Существует и третья, более слабая версия, которая возводит прозвище к слову «фабрика». Мол, предок работал на заводе. Но она не выдерживает критики: от слова «фабрика» в русском языке образовались бы фамилии Фабриков, Фабричников или Фабрикантов, но никак не Фабристов. Суффикс -ист- в прозвище указывает на признак или склонность, а не на место работы. Поэтому версия с «фаброй» — основная, и она же объясняет, почему фамилия такая редкая: само слово «фабра» уже к концу XIX века вышло из обихода.

Модель образования проста: прозвище Фабристый + типичный для славянских фамилий суффикс -ов, который буквально означает «сын Фабристого». Так что Фабристов — это буквально «потомок того, кто чернил усы». Фамилия осталась самобытным памятником славянской культуры, но не дворянской, а скорее городской, мещанской или купеческой среды, где следили за внешностью и пользовались услугами цирюльников.

Точное место и время возникновения фамилии назвать сложно: такие прозвища возникали стихийно в разных городах независимо друг от друга. Окончательно сказать, где именно жил первый Фабристый, можно только после серьёзных генеалогических изысканий. Но смысл фамилии от этого не меняется — за ней стоит живой человек, чья внешность или профессия запомнились окружающим настолько, что превратились в имя для его потомков.