Происхождение
Фамилия Фаринин
Фамилия Фаринин — редкий пример того, как прозвище, звучащее по-домашнему, могло иметь совсем не простое происхождение. В её основе лежит личное прозвище Фариня, а фамилия образована по стандартной русской модели с суффиксом -ин, указывающим на принадлежность: «сын Фарини». Вопрос лишь в том, что означало само прозвище.
Самая правдоподобная версия связывает его с немецким глаголом fahren — «возить, ехать, править». Если принять её, то Фариня — типичное «профессиональное» прозвище, которое давали ямщику, частному извозчику или человеку, чья работа была связана с перевозками. В России, где немецкие влияния в ремёслах и торговле были заметны, особенно в городах, такое именование вполне могло закрепиться за возницей.
Есть и альтернативные трактовки, но они выглядят слабее. Например, от английского farina (мука, крахмал, пыльца) Фариней могли бы назвать пекаря или мельника. Однако английское слово — книжное и вряд ли попало бы в народную речь, поэтому эта гипотеза сомнительна. Ещё одна версия выводит прозвище из персидского «фарь» — «верховой конь». Тогда Фариня — либо лихой наездник, либо коневод, готовивший скакунов. Но и здесь связь с русской прозвищной традицией неочевидна: такое заимствование маловероятно без прямого культурного контакта.
Сам суффикс -ин в фамилии — один из самых распространённых в русской ономастике, он отвечает на вопрос «чей?» и указывает на родство. Поэтому фамилия Фаринин не несёт в себе ничего аристократического: она просто говорит, что предок носителя носил прозвище Фариня. Сословной принадлежности по ней не определить — так могли назвать и крестьянина, и горожанина, и служилого человека, если он занимался извозом.
В итоге наиболее обоснованной остаётся «немецкая» версия с ямщиком. Она опирается на реальную лексику и объясняет, почему прозвище звучит непривычно для русского уха. Остальные гипотезы — скорее дань фантазии, чем результат анализа. Потомки Фарини, кем бы он ни был — возницей или наездником, — со временем получили фамилию, которая сегодня звучит как память о занятии их дальнего предка.