Фамилия Фортунатова звучит необычно и сразу обращает на себя внимание. В основе ее лежит редкое церковное мужское имя Фортунат, которое пришло из латыни и переводится как «счастливый, благополучный». Однако простота разбора обманчива: история этой фамилии уходит в специфическую среду русской духовной школы XVIII–XIX веков.

Дело в том, что имя Фортунат в святцах встречалось, но в народном обиходе практически не использовалось. Крестьяне и горожане предпочитали более привычные имена, а потому фамилия, образованная от этой формы, вряд ли могла возникнуть стихийно. С большой долей уверенности можно утверждать, что Фортунатовы — это фамилия искусственного происхождения. Такой тип фамилий массово создавался в семинарской среде, где будущим священникам нередко давали фамилии от полных форм редких канонических имен. Это был способ выделить ученика, сделать его фамилию благозвучной и книжной, а заодно уйти от неблагозвучных или слишком простонародных прозвищ предков.

Подобная практика породила целый пласт русских фамилий с «переводным» смыслом. Достаточно вспомнить, как фамилия Надеждин превратилась в Сперанского (от латинского «spero» — «надеяться»), а Песков — в Аренского (от латинского «arena» — «песок»). Фортунатова стоит в этом же ряду: семинаристу, носившему в миру, скажем, фамилию Счастливцев или Благовещенский, могли дать более изысканный латинский аналог. Так имя, означающее «счастливый», становилось фамильным знаком, подчеркивающим образованность и принадлежность к духовному сословию.

При этом род Фортунатовых не был простым. Фамилия принадлежит старинному дворянскому роду, внесенному в список дворян Владимирской губернии. Это редкий случай, когда искусственная семинарская фамилия закрепилась за дворянами, что говорит о сложных путях социальной мобильности в Российской империи: выходцы из духовенства нередко получали дворянство за заслуги, а их новые фамилии становились родовыми.

Говоря о Фортунатовых, нельзя обойти самого известного представителя рода — Филиппа Фёдоровича Фортунатова (1848–1914). Он был российским лингвистом, профессором, членом Российской академии наук (с 1902 года) и основателем московской «формальной» лингвистической школы. Его труды по сравнительно-историческому языкознанию оказали огромное влияние на развитие науки, а само понятие «фортунатовская школа» до сих пор используется в лингвистике. Выходец из Владимирской губернии, он стал живым доказательством того, что фамилия, рожденная в семинарских стенах, может прославить род на всю страну.

Впрочем, процесс формирования фамилий в России был длительным и многослойным. Точно определить время и место происхождения конкретной ветви Фортунатовых можно лишь на основании серьезных генеалогических исследований, изучения метрических книг и архивных документов. Ясно одно: за этой фамилией стоит не просто редкое имя, а целый пласт истории — от духовных школ до дворянских собраний и университетских кафедр.