Фамилия Гагаро — редкий случай, когда основа слова не оставляет сомнений, а вот суффикс заставляет задуматься. Корень здесь — «гагар-», тот же, что у птицы гагары. Но если бы фамилию образовали по самой ходовой русской модели, мы бы увидели «Гагарин» (чей? — гагарин) или «Гагаров» (чей? — гагаров). А тут — чистая основа, без патронимического суффикса. Это значит, что перед нами не «сын Гагары», а прозвище, которое закрепилось как фамилия в неизменном виде.

Такое оформление — с окончанием -о — типично для украинской и белорусской традиции. В этих землях фамилии на -о (Ткачо́, Ковале́нко, Гагаро́) не редкость. Ударение, скорее всего, падает на последний слог: Гагаро́. Человек с таким прозвищем мог получить его за внешность или повадки: долгая шея, неуклюжая походка, склонность к громкому голосу — всё, что напоминало бы гагару. Птица эта северная, водоплавающая, известная своим резким криком и неспособностью ходить по земле (лапы сдвинуты далеко назад). Поэтому прозвище могло быть не обидным, а скорее метким.

В отличие от фамилии Гагарин, которую прославил космонавт, Гагаро осталась в тени. Встречается она локально — на западе Украины, в Полесье, изредка в Белоруссии. В русских переписных книгах XVII–XVIII веков такая форма почти не фиксируется: там предпочитали суффиксальные варианты. Так что носитель фамилии Гагаро с высокой вероятностью происходит из семьи, где прозвище закрепилось в речи как фамилия без дополнительного «оформления» — прямое свидетельство того, что предка звали Гагарой.

Есть и совсем маловероятная версия: связь с диалектным «гагара» — «скупой человек» или «плакса». Но она не подкреплена широкой географией. Основной, птичий, смысл — единственный, который подтверждается и лексикой, и словообразованием.