Фамилия Ганжины — одна из тех, где за простой на первый взгляд основой скрывается целый веер возможных историй. Её происхождение спорно, и единого мнения у этимологов нет, зато есть несколько разных путей, по которым мог пойти предок, чтобы получить такое прозвище.

Самая надёжная версия связывает фамилию с географическим названием. В основе лежит имя города Гянджа (в старом произношении — Ганжа), второго по величине в Азербайджане, основанного ещё в VIII веке. Выходец из этих мест, живший в русских землях, вполне мог получить прозвище Ганжа. Такая модель — называть человека по месту, откуда он пришёл, — была очень распространена при формировании фамилий. В пользу этой версии говорит и то, что фамилия Ганжин встречается в южнорусских и казачьих областях, где контакты с Закавказьем были исторически плотными.

Совсем другая линия ведёт в Сибирь. Там словом «ганза» называли китайскую или монгольскую курительную трубочку. Если предок увлекался таким курением или торговал подобными предметами с восточными купцами, прозвище Ганжа могло закрепиться за ним именно по этой причине.

Третья, куда более экзотическая для русской фамилии версия, отсылает к Западной Европе. «Ганза» — это знаменитый торговый союз северонемецких городов во главе с Любеком, процветавший в XIV–XVI веках. Словом hanse тогда называли и любую купеческую гильдию. Можно допустить, что прозвище Ганжа получил русский купец, имевший дела с ганзейскими торговцами или состоявший в подобном объединении. Однако эта гипотеза выглядит наименее вероятной: фамилии, образованные от названий западноевропейских организаций, для России редкость, и прямых подтверждений такой этимологии для фамилии Ганжин нет.

Словообразовательная модель проста: к основе Ганж- добавился типичный русский суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — Ганжин, то есть сын или потомок человека по прозвищу Ганжа). Выбрать одну из версий окончательно невозможно — слишком разные миры стоят за каждой. Но именно эта многозначность и делает фамилию Ганжин интересным памятником языковой истории, где в одной фамилии могли пересечься и закавказский город, и сибирский быт, и европейская торговля.