Фамилия Гнусины — характерный пример «семейного имени», образованного по простой и распространённой модели: к основе прозвища добавили суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — «сын Гнуси»). Главный вопрос — что означало само прозвище Гнуся.

Здесь есть две основные версии, и обе имеют право на существование. Первая, более очевидная для русского уха, связывает прозвище с глаголом «гнусавить» — говорить в нос, с неприятным призвуком. Так могли прозвать человека с характерной дефектной речью или манерой растягивать слова. Вторая версия выводит корень из польского языка: gnus переводится как «лентяй», а gnusny — «ленивый, подлый». В этом случае прозвище характеризовало не манеру говорить, а натуру человека. Польское влияние в русских фамилиях — явление нередкое, особенно в западных и южных регионах, где исторически были тесные контакты с Речью Посполитой.

Интересно, что прозвище Гнус (или Гнуся) фиксируется в русской истории достаточно рано. В родословных книгах встречаются Иван Иванович Гнус Долгорукий (середина XVI века) и князь Иван Федорович Гнуса Ромодановский (первая половина XVI века). Оба — представители знатных родов, и их прозвища, скорее всего, были личными, а не родовыми. Это говорит о том, что Гнус и Гнуся были употребимы в среде служилого дворянства, а не только среди крестьян или посадских.

Фамилия Гнусины, таким образом, могла возникнуть в любом из этих контекстов: как «речевая» характеристика предка или как прозвище по характеру. Точное место и время появления фамилии сейчас установить сложно — процесс закрепления наследственных имен был долгим и шёл с XV по XVII век. Но сама фамилия — живое напоминание о том, как метко и прямо могли оценить человека на Руси, превратив его особенность в родовое имя.