Фамилия Голдабина — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано с внешностью, а не с занятием или местом. Корень здесь — «голдаба», слово, которое в русских говорах, особенно южных, означало неуклюжего, неповоротливого человека, увальня. Происхождение, скорее всего, звукоподражательное: «голдоба» или «голдаба» имитирует тяжёлую поступь, топот. Так и прозвали кого-то из предков — большого, медлительного, грузного. Никакой связи с «голодом» или «голым» тут нет, хотя внешнее сходство корня может ввести в заблуждение.

Модель образования типична для русских фамилий на -ин: суффикс присоединяется к основе, оканчивающейся на -а. Это указывает, что прозвище Голдаба носил мужчина, а его потомки стали Голдабиными. Если бы исходное слово было на согласный, фамилия выглядела бы как Голдабов, но в данном случае форма с -ин — единственно верная. Встречается фамилия крайне редко, в основном в центральных и южных областях России, что косвенно подтверждает диалектный характер корня.

Интересно, что фамилия не зафиксирована в классических дореволюционных справочниках, например у Веселовского, и не упоминается в работе Унбегауна. Это говорит о её локальном, «недворянском» происхождении: скорее всего, Голдабины были крестьянами или мещанами из одной-двух губерний. Ономасты обычно обходят такие фамилии стороной из-за отсутствия письменных источников, но народная прозвищная традиция здесь прозрачна. В современной России носителей можно пересчитать по пальцам, что делает фамилию не просто редкой, а почти исчезающей — характерный след деревенского прозвища, не перешедшего в массовую фамильную моду.