Фамилия Горбаток — один из тех случаев, когда за привычным внешним обликом кроется неочевидный смысл. С одной стороны, всё прозрачно: основа «горб» сразу отсылает к человеку сутулому или с искривлением спины. Такие прозвища по физическому признаку давали повсеместно, и Горбаток мог получить своё прозвище именно за осанку. Но есть у этой фамилии и вторая, более редкая версия, которая переворачивает привычное толкование.

В сибирских говорах словом «горбаток» называли не сгорбленного человека, а беглого бродягу. Социальный оттенок здесь важнее внешности: так могли прозвать человека, который скитался, уходил от оседлой жизни или скрывался. Эта версия менее известна, но она объясняет, почему фамилия не так частотна, как, скажем, Горбунов или Горбачёв — её носители могли быть связаны с вольным, не вполне оседлым укладом.

Суффикс -ок в фамилии Горбаток — не уменьшительно-ласкательный, а скорее прозвищный, характерный для восточнославянских фамилий, которые застыли в форме именительного падежа. Такие фамилии типичны для Украины и юга России, где модель «прозвище + -ок» давала фамилии вроде Косенок, Махонок. В русском ареале подобные формы чаще переходили в притяжательные на -ов (Горбатков), а Горбаток остался в исходном виде — как прямое прозвище, без дополнительных суффиксов.

Интересно, что обе версии — и «сутулый», и «бродяга» — не противоречат друг другу. В народном сознании горб часто ассоциировался с чем-то нестандартным, выбивающимся из ряда: физический изъян могли переносить на поведение. Поэтому, кем бы ни был первый Горбаток — сгорбленным крестьянином или беглым скитальцем — прозвище точно не было нейтральным, оно выделяло человека среди окружающих.