Фамилия Горбкова — одна из тех, где за простой основой скрывается несколько возможных историй. Словообразовательная модель здесь типична для русских фамилий: суффикс -ов присоединился к прозвищу Горбок, указывая на принадлежность («чей?» — сын Горбка). Само прозвище — уменьшительная форма от прилагательного «горбатый», то есть сутулый, с изогнутой спиной. Но не спешите думать, что предок обязательно был физически некрасив. В народной традиции такие «обережные» имена давали наоборот: надеясь, что ребенок вырастет статным и здоровым, родители называли его Горбком, чтобы обмануть злых духов. Это объяснение встречается в работах по русской ономастике, в частности, его приводит Б. Унбегаун, анализируя охранительные прозвища.

Однако есть и другая, менее известная версия. В сибирских говорах словом «горбок» называли беглого бродягу — человека, который «горбился» в лесах, скрываясь от властей. Если принять эту версию, фамилия Горбкова указывает не на внешность, а на социальный статус или образ жизни предка. Оба толкования имеют право на существование, но первое — охранительное — более распространено и лучше вписывается в общую картину русских фамилий от прозвищ.

В любом случае, основа фамилии — не отвлечённое понятие, а живое прозвище, которое давали конкретному человеку. Со временем оно закрепилось за его потомками, и сегодня фамилия Горбкова встречается в разных регионах, хотя особенно часто — в областях, откуда шло активное заселение Сибири и Урала, что косвенно поддерживает версию о «беглом» значении прозвища.