Фамилия Горелкин — яркий пример того, как русская фамилия может хранить память о трагическом событии в жизни предка. В её основе лежит прозвище Горелка, которое на Руси давали погорельцам — людям, потерявшим дом и всё имущество при пожаре. Это не просто метка, а социальный маркер: прозвище закреплялось за человеком, пережившим беду, и переходило к его детям, превратившись в фамилию.

Интересно, что ударение в фамилии падает на второй слог — Горе́лкин. Это отличает её от фамилий, образованных от слова «горелка» (устройство для горения), где ударение было бы на первый слог. Такая акцентологическая особенность — дополнительный аргумент в пользу версии о прозвище, а не о ремесле.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Горелкин, то есть сын или потомок Горелки. Это одна из самых распространённых моделей русских фамилий, наряду с -ов/-ев. Однако есть и альтернативная версия: фамилия могла образоваться от топонима Горелое, Горелово — таких названий сёл и деревень в России десятки. В этом случае Горелкин — это «выходец из Горелого», и суффикс -ин работает уже по другой модели, как в фамилиях Москвин или Тверитин.

Связь с однокоренными фамилиями прослеживается в древних источниках. Известен старинный русский дворянский род Гореловых, ведущий начало от боярского сына (1586) Ивана Петровича Горелова. Его сын Андрей Иванович Горелов служил по Рязанской десятне в 1606 году и был испомещён (получил поместье) в 1614-м. Это показывает, что прозвище Горелка и производные от него фамилии бытовали в служилой среде уже в XVI–XVII веках, а не только среди крестьян.

Таким образом, фамилия Горелкин могла возникнуть двумя путями: либо как память о погорельце-родоначальнике, либо как указание на место жительства. Первая версия выглядит более правдоподобной из-за ударения и прямой связи прозвища с бытовой трагедией, но полностью исключать топонимический вариант нельзя — в каждом конкретном случае ответ дали бы только архивные документы конкретной семьи.