Фамилия Горькуша звучит необычно и даже немного мрачновато, но её происхождение куда прозаичнее, чем кажется. В основе лежит прилагательное «горький», и здесь возможны два основных пути образования прозвища.

Первый и самый прямой — прозвище могли дать человеку с непростым, «горьким» характером: угрюмому, неуживчивому, постоянно чем-то недовольному. Второй вариант связан не с характером, а с долей. В русских говорах «горькуша» — это не только растение (горечавка или полынь), но и несчастный, горемычный человек, тот, кому выпала «горькая» судьба. Так могли называть сироту, вдовца или просто человека, жизнь которого сложилась тяжело.

Словообразовательная модель фамилии довольно редкая. Суффикс -уш- в русских фамилиях встречается нечасто и обычно придаёт основе оттенок ласкательности или уменьшительности (ср. Микуша, Ванюша). Но в сочетании с корнем «горьк-» этот суффикс работает иначе: он не смягчает прозвище, а скорее фиксирует его как устойчивое, почти ласкательное по форме, но горькое по сути. Окончание -а указывает на то, что фамилия застыла в форме именительного падежа, что типично для украинских и белорусских фамилий, а также для прозвищ, перешедших в фамилии без изменений.

В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые означали принадлежность отцу («чей сын?»), Горькуша — это прямое прозвище. Предка так и звали в документах: «Горькуша». Фамилия могла остаться в этой форме без дополнительных суффиксов, что чаще встречалось в южнорусских и малороссийских землях. Аналог по модели образования — фамилии Несмеяна, Замарашка, Грязнуха, где прозвище по качеству или состоянию стало родовым именем.

Встречается фамилия преимущественно в западных регионах России (Смоленская, Брянская области) и на востоке Беларуси. В писцовых книгах и ревизских сказках XVII–XVIII веков Горькуши фиксируются как крестьяне и однодворцы. Никакого отношения к писателю Максиму Горькому фамилия не имеет — его псевдоним возник из литературной аллегории, а не из родового имени.