Фамилия Горшкодер — один из тех случаев, когда прозвище настолько прозрачно, что сразу рисует картинку. Разговорное слово «горшкодер» в русских говорах обозначало ухват — рогатую палку или металлическое приспособление, которым хватали и вынимали из печи горячие горшки. Человек, получивший такое прозвище, скорее всего, либо сам делал ухваты, либо, по иронии, вечно хватался за горшки на кухне — возможно, был поваром или стряпухой. В бытовой среде прозвища часто давали по инструменту, с которым человек постоянно работал.

Словообразовательная модель здесь нестандартная. Фамилия образована напрямую от нарицательного существительного без патронимического суффикса (‑ов, ‑ев, ‑ин), что для русских фамилий редкость. Такие «нулевые» фамилии — Горшкодер, Гвоздодер, Душегуб — обычно имеют южнорусские или украинские корни, где прозвища в форме «глагол + существительное» (так называемые композиты) легко переходили в фамилии без дополнительного оформления. В северных и центральных губерниях скорее сказали бы «Горшкодеров», но южный диалект или украинское влияние сохранили исходный вид.

Вторая, менее очевидная версия отсылает к значению «тот, кто бьёт (дерет) горшки». В старину битая глиняная посуда не выбрасывалась — черепки шли на дренаж, засыпку или как вторсырьё для гончаров. Существовали скупщики и сборщики битой посуды, которых в насмешку могли прозвать горшкодёрами. Эта гипотеза слабее, так как не подкреплена диалектными записями, но исключать её нельзя: прозвища часто строились на гротеске.

С географией у фамилии всё определённо: её очаг — юг России, особенно Курская, Воронежская, Белгородская области, а также восток Украины (Слобожанщина). Встречается она редко, что объяснимо — «говорящее» прозвище могло прижиться только в среде, где ухват называли именно горшкодером, а не рогачом, рогатиной или ухватом. Сословного барьера у фамилии не было: прозвище могли закрепить за собой и крестьяне, и ремесленники, и казаки. В ревизских сказках XIX века Горшкодеры значатся в основном как государственные крестьяне и однодворцы — потомки служилых людей, охранявших южные рубежи.