Фамилия Грушников — это наглядный пример «профессионального» прозвища, закрепившегося в роду. Её основа, прозвище Грушник, в русских говорах имело вполне конкретное занятие: так называли торговца пареными или сушеными грушами. Менее вероятно, но возможно, что прозвище давали садоводу, выращивавшему груши, или человеку, который варил из них варенье и компоты на продажу.

Словообразовательная модель здесь проста и прозрачна: к основе «груш-» (от «груша») добавился суффикс деятеля «-ник», а затем, при оформлении фамилии, — патронимический суффикс «-ов», указывающий на принадлежность («чей?» — Грушников). Такой тип фамилий (на -ов) характерен для центральных и северных регионов России.

Интересно, что в отличие от более распространённых «растительных» фамилий вроде Грушев или Грушин, которые могли происходить от названия деревни или просто от имени-прозвища, Грушников однозначно указывает на род деятельности. Это сближает её с фамилиями Садовников, Мельников, Плотников — все они образованы от названия ремесла через суффикс -ник.

Фамилия не относится к числу древних боярских или дворянских родов, а скорее происходит из среды посадских людей и крестьян, где прозвища по занятию были особенно устойчивы. Встречается она в основном в средней полосе России, в регионах, где традиционно выращивали груши, — например, в Тульской, Орловской, Курской губерниях.

Таким образом, Грушников — это не «грушевое дерево» и не «маленькая груша», а указание на конкретную профессию предка, который либо растил, либо готовил, либо продавал этот плод.