Фамилия Грязневы — это не про грязь в бытовом смысле, а про древнюю систему охранительных прозвищ. Исходное прозвище Грязень (или Грязной) давали не неряхе, а наоборот — с защитной целью: чтобы злые силы не позарились на ребёнка, родители нарекали его «плохим» именем, надеясь, что жизнь сложится лучше. Этот приём (называемый «профилактическим именованием») широко известен в ономастике.

Вторая версия — профессиональная. «Грязной» работой на Руси называли не только уборку, но и добычу руды, крашение тканей, выделку кож, земляные работы. Предок мог быть рудокопом, красильщиком или кожевником — все эти занятия оставляли следы, которые закреплялись в прозвище, а затем в фамилии.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ев указывает на принадлежность («чей?» — сын Грязня). Форма Грязнев, а не Грязнов, говорит о том, что исходное прозвище звучало как Грязень (с мягким окончанием), а не Грязной. Это редкий вариант: большинство аналогичных фамилий (Грязнов, Грязновский) образованы от твёрдой основы.

Первые письменные упоминания однокоренных прозвищ уходят в XVI–XVII века. В труде С. Б. Веселовского «Ономастикон» зафиксированы: Богдан Грязев (дьяк Лжедимитрия, 1609 год), Иван Кириллович Грязев (дьяк, 1624 год, Москва), а также Василий Ильич Грязной-Ильин (начало XVI века) и Юрий Васильевич Грязной-Ховрин (первая половина XVI века). Эти люди — не крестьяне, а служилые, что опровергает стереотип о «простонародности» фамилии. Дьяки и боярские дети с прозвищем Грязной входили в элиту своего времени.

Географически фамилия Грязнев тяготеет к центральным и южным областям России, но точное место возникновения определить сложно: процесс шёл столетиями, и одна семья могла закрепить фамилию в разных уездах. В отличие от более массовой фамилии Грязнов, носители Грязневых встречаются реже, что делает её интересным объектом для локальных генеалогических исследований.