Фамилия Гулишанов — редкий случай, когда географическое происхождение почти очевидно, а вот с корнем всё сложнее. Она явно связана с Кавказом или Закавказьем, и её основа — тюркского или арабского происхождения, что типично для фамилий, возникших в среде народов, испытавших влияние ислама и тюркских языков.

Разбираем словообразовательную модель. Суффикс -ов указывает на русскую адаптацию: фамилию «обрусели», добавив типичное окончание притяжательного падежа. Основа «Гулишан» или «Гулиша» — скорее всего, сложное имя или прозвище. Первая часть «Гуль» (гюль) с тюркских и персидского означает «цветок», «роза». Вторая часть — «шан» или «шах» — может означать «слава», «величие» (от персидского šān) или «царь», «шах». Таким образом, «Гулишан» можно перевести как «цветущая слава» или «роза шаха». Это характерно для восточных составных имён, которые могли давать как личные, так и прозвищные.

Есть и более прозаичная версия. В тюркских языках «гулишан» могло быть искажённым названием профессии или ремесла, связанного с цветами или садами, но она менее вероятна, так как в документах XIX века фамилия встречается в армянской и грузинской среде, где такие имена-прозвища были распространены.

По сословной принадлежности Гулишановы — скорее всего, купеческий или мещанский род. Известно, что в Тифлисе (Тбилиси) в XIX веке жили купцы Гулишановы, занимавшиеся торговлей. Фамилия могла принадлежать армянам, грузинам или азербайджанцам, которые при переходе в русское подданство получали фамилии по отцу с добавлением русского суффикса. В отличие от крестьянских фамилий, у Гулишановых нет привязки к конкретному селу — это городская, торговая фамилия.

Интересная деталь: фамилия сохранила редкое сочетание «шан» в основе, что отличает её от более частых «Гулиев» или «Гуляев». В русском языке это звучит почти экзотично, но для носителя она — прямой маркер предков из Закавказья, скорее всего, из среды купечества или духовенства (муллы, носившие такие имена, тоже попадали в списки). Споров о происхождении почти нет: все версии сходятся на восточном, цветочном корне, разница лишь в том, был ли это личный эпитет или профессиональное прозвище.