Фамилия Гулягины — яркий пример того, как русская фамилия может хранить в себе не только имя предка, но и его характер, образ жизни или даже занятие. В основе лежит прозвище Гуляга, которое, в свою очередь, образовано от глагола «гулять». Но не спешите думать, что речь обязательно о бездельнике: в старину «гулящий» означало не столько ленивого, сколько свободного, не приписанного к тяглу человека — вольного, бродячего, не имеющего постоянного места жительства или работы. Так могли называть странника, отходника, человека, который «гулял сам по себе».

Суффикс -аг(а) в прозвище Гуляга — характерный для русской народной ономастики. Он придаёт слову оттенок просторечия, фамильярности, иногда пренебрежения (сравните: работага, бедняга, служака). Таким образом, Гуляга — это не просто «гуляка», а человек, чья «гульба» или свобода стали его постоянной, бросающейся в глаза чертой. Фамилия Гулягины, соответственно, означает «чьи-то дети» или «родня»: потомки человека по прозвищу Гуляга.

Интересно, что в отличие от фамилий на -ов/-ев, которые часто указывают на «сына такого-то», фамилии на -ин (Гулягин) в русской традиции чаще образовывались от основ на -а/-я. Это одна из самых распространённых моделей, но в случае с Гулягиными она особенно показательна: мы точно знаем, что исходное прозвище звучало именно как Гуляга, а не Гуляг или Гуляко.

Встречается фамилия в разных регионах, но особенно часто — в бывших вотчинах и слободах центральной России, где было много вольных, не закрепощённых крестьян, а также в казачьих областях. Казаки, с их традицией вольной жизни, часто давали такие прозвища. Так что предки Гулягиных могли быть как вольными гулящими людьми, так и просто людьми с весёлым, свободолюбивым нравом. Однозначно одно: фамилия не искусственная, не семинарская, а живая, народная, и её носитель в XV–XVII веках явно выделялся среди окружающих.