Фамилия Густин — наглядный пример того, как в русской ономастике одно и то же звучание может иметь совершенно разные корни. По структуре она типична: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), то есть в основе лежит прозвище или имя Густа (Густя). Но вот что стояло за этим прозвищем — вопрос, который заставляет перебирать несколько версий.

Самое очевидное объяснение лежит на поверхности: Густя — это форма от канонического имени Август (в просторечии Густа). В святцах это имя встречается редко, но в крестьянской среде, где имена нередко переделывали на свой лад, Август вполне мог превратиться в Густю, а затем и в фамилию Густин. Однако есть и другой, более житейский вариант: в северных и сибирских говорах словом «густа» называли густой, наваристый отвар, похлебку. Прозвище Густя могли дать любителю сытно поесть или, наоборот, человеку, который варил особенно густое варево.

Третий, менее очевидный пласт — западнославянское влияние. В польском и белорусском языках «густы» означает «густой», и фамилии Густин, Густов встречаются на территориях, исторически связанных с Речью Посполитой. Здесь прозвище могло указывать на внешность (густые волосы, борода) или на характер (человек «густой», то есть основательный, плотный).

Что характерно для фамилии Густин — она почти не имеет аристократических или дворянских следов. Это фамилия крестьянская, мещанская, реже — купеческая. Встречается преимущественно в центральных областях России и в Поволжье, с отдельными гнездами в бывших польских губерниях. Спор между версиями (от имени или от прозвища) не решен окончательно, но большинство ономастов склоняются к прозвищному происхождению: слишком уж редким было имя Август в русской деревне, чтобы породить массовую фамилию.