Фамилия Кадубинский — редкий пример отчества второй степени, построенного по модели, характерной для юго-западных русских земель и Украины. В её основе лежит прозвище Кадуба, которое, скорее всего, относилось к профессиональным именованиям: так могли назвать бондаря, мастера по изготовлению кадок. Украинское слово «кадуб» как раз и означает «кадка» — ёмкость, которую в отличие от бочки нельзя было перевозить лёжа, только ставить на дно. Разница в конструкции была принципиальной, и хороший ремесленник знал это точно.

Фамилия строится так: прозвище Кадуба → патроним Кадубин («чей сын?» — Кадубин) → фамилия Кадубинский. Суффикс -ский здесь не топонимический (не от названия места), а притяжательно-родовой: он указывает на принадлежность к роду Кадубиных. Такая словообразовательная цепочка встречается реже, чем прямой переход от прозвища на -ов/-ев, и характерна для фамилий, которые окончательно оформились в среде духовенства или служилого дворянства.

Прозвище Кадуба, давшее начало фамилии, не было обидным или уменьшительным — это нейтральное именование по ремеслу. Кадки в крестьянском хозяйстве были незаменимы: в них солили огурцы, квасили капусту, хранили крупу и муку. Спрос на бондарей был стабильным, а мастерство передавалось по наследству.

О конкретных носителях известно немного. В Книге памяти Республики Мордовия упоминается Владимир Клементьевич Кадубинский, 1913 года рождения, уроженец Уссурийского района Приморского края. Запись в региональной Книге памяти — типичный след для фамилий, носители которых были мобилизованы или переселены в советское время. Сам факт, что Кадубинский родился на Дальнем Востоке, а не на Украине или в центральной России, говорит о том, что к началу XX века фамилия уже успела «разойтись» по стране далеко от первоначального ареала.