Фамилия Капарзов — редкая и с точки зрения корня, и с точки зрения географии. Она почти не встречается в центральной России, зато фиксируется в документах по Северному Кавказу и казачьим областям. Чтобы понять её происхождение, нужно разобрать не столько суффикс, сколько глухую, на первый взгляд, основу «капарз».

Скорее всего, в основе лежит тюркское или кавказское прозвище. В осетинском языке есть слово «къапарз» — «смелый, отважный, дерзкий». В тюркских наречиях (кумыкском, ногайском) «къапар» может означать «гнев», «ярость» или «хватка», а «-з» — суффикс, образующий прилагательное. Таким образом, Капарз — человек с крутым нравом, отчаянный, напористый. Фамилия могла закрепиться за казаком или горцем, получившим такое прозвище за буйный характер.

Вторая версия, менее вероятная, но допустимая: искажение фамилии Кабарзов. В русских говорах «кабарза» — дикая коза (сибирская кабарга), а прозвище Кабарза давали быстрому, верткому или пугливому человеку. Однако форма «Капарзов» с глухим «п» вместо звонкого «б» говорит скорее о тюркском, а не о русском источнике — для тюркских языков чередование б/п характерно.

По суффиксу фамилия оформлена по общерусской модели: основа «Капарз» плюс типичный русский патронимический суффикс «-ов», означающий «сын Капарза». Это значит, что в момент закрепления фамилии (вторая половина XIX века) предок носителя уже был крещён или числился в православном или казачьем сословии, но сохранил тюркское или осетинское прозвище.

География фамилии узкая: Капарзовы встречаются в архивных записях по Терской области (район современной Чечни, Ингушетии, Северной Осетии) и среди оренбургских казаков. Это подтверждает связь с пограничными казачьими линиями, где тюркские и кавказские прозвища были нормой.

Если ваши предки — Капарзовы, с высокой вероятностью они происходят из терских или гребенских казаков, либо из осетин-христиан, получивших фамилию по деду-удальцу. Других вариантов, вроде искусственного происхождения от аббревиатуры или фамилии священника, для Капарзова не существует — это чисто прозвищная фамилия, и её носители, скорее всего, не были ни дворянами, ни духовенством.