Фамилия Карбан — одна из тех, что не дают покоя этимологам, потому что её основа допускает сразу несколько прочтений. Начнём с самого простого и земного. В псковских говорах слово «карбан» означало «карапуз, коротыш». Скорее всего, прозвище привязалось к человеку невысокого роста и плотного телосложения — и закрепилось за его потомками как фамилия. Такая версия самая прозрачная и не требует сложных лингвистических допущений.

Но есть и другой поворот. Некоторые исследователи выводят «карбан» из исчезнувшего слова «карабан» (фонетический вариант «коробан») — так называли каравай хлеба. Слово не дожило до наших дней в живой речи, но сохранилось в старой загадке: «Печь-перепечь, полна печь пирогов, между пирогами коробан» (разгадка — небо, звёзды и месяц). Хлеб на Руси всегда был не просто едой, а символом достатка и жизни. Если прозвище пошло от хлебного «коробана», оно могло играть роль оберега: родители называли так сына, желая ему сытой и благополучной судьбы.

Третья ветвь ведёт в старобелорусский язык, где «карбъ» — это «зарубка, метка». В таком случае Карбаном могли прозвать человека с особой приметой, например шрамом. Фамилия получилась бы из бытового наблюдения, без всякой поэзии.

Наконец, существует гипотеза о еврейских корнях. На иврите «карбан» (קָרְבָּן) означает «жертвоприношение» и этимологически связано с понятием «приближение (к Богу)». Если принять эту версию, основатель рода Карбан мог быть человеком праведным, ревностно служащим вере. На территориях славянских государств издавна существовали еврейские общины, так что такое происхождение фамилии исторически не выглядит натяжкой.

Какая из версий правдоподобнее? Для русской фамилии — скорее первая, от диалектного прозвища по внешности. Но окончательного ответа нет, и каждая из гипотез находит своих сторонников.