Фамилия Казанкая звучит неожиданно для русского уха — и это главная зацепка. Если бы мы искали привычную «Казанскую», вопросов бы не возникло: географическая фамилия по названию города Казань, типичная для духовенства (семинарские фамилии) или для дворян, владевших землями. Но окончание «-ая» при склонении даёт женскую форму, а в качестве родовой фамилии у мужчин такое написание — редкость. Скорее всего, перед нами либо опечатка/искажение при записи (в XIX веке писарь мог записать «Казанкая» вместо «Казанская»), либо фамилия с нетипичным для русского языка суффиксом, попавшая из другого языка.

Если отбросить версию с ошибкой, обратим внимание на суффикс «-к-». В русской ономастике суффикс «-к(а)» часто образует прозвища или фамилии от глагольных основ (например, Швырка, Стукач), но в сочетании с топонимом «Казань» это маловероятно. Гораздо правдоподобнее, что фамилия тюркского происхождения. В татарском и башкирском языках «Казанкай» означает «казанец» или «житель Казани», а суффикс «-кай» — уменьшительно-ласкательный или указывающий на принадлежность. При переходе в русскую среду окончание могло трансформироваться в «-кая» по аналогии с русскими прилагательными. То есть носитель фамилии Казанкая — это потомок татарина или башкира, которого в своё время прозвали «казанским» или «как казанца».

Ещё один возможный путь — украинский или белорусский говор. В этих языках женский род фамилий на «-ая» встречается чаще, и фамилия могла закрепиться за женщиной (вдова, дочь) и затем передаваться по наследству в неизменной форме. Однако в таком случае мы бы ждали большего распространения на западе России, а не в Поволжье.

Географически фамилия Казанкая (даже в искажённом виде) встречается крайне редко, в основном в Татарстане и соседних регионах. Это косвенно подтверждает тюркскую версию: в русском языке фамилия «Казанская» — одна из самых распространённых топонимических фамилий, а её редкий вариант с усечением суффикса — скорее локальное явление. Если ваш предок носил такую фамилию, стоит искать корни в смешанной русско-татарской среде, где при записи фамилии писарь мог опереться на местное произношение.