Фамилия Казицын — один из тех случаев, где за простым звучанием скрывается неочевидная основа. На первый взгляд хочется связать её с именем Казимир или тюркским «кази» (судья), но словообразовательная модель подсказывает другое. Суффикс -ын указывает на принадлежность: Казицын — «чей?» — сын или потомок Казицы. А Казица — это либо прозвище, либо уменьшительная форма от крестильного имени.

Самая вероятная версия ведёт к каноническому имени Кассиан. В народном произношении оно часто редуцировалось: Касьян, Касян, а далее — через диалектное «цоканье» (когда «ч» или «сь» заменялись на «ц») — возникла форма Казица. Такое «цоканье» характерно для северных и северо-западных русских говоров (новгородских, псковских, тверских). Так что предок носителя фамилии мог быть Кассианом, которого в деревне звали Казицей, а его дети пошли уже как Казицыны.

Менее распространённая, но допустимая версия — связь с диалектным словом «казица» или «казик». В некоторых говорах так называли непоседливого, озорного человека, иногда — того, кто «казит», то есть портит, безобразничает. Однако эта гипотеза слабее: прозвище с явно отрицательным оттенком редко становилось основой фамилии, особенно если речь шла о крестьянине или ремесленнике, чьё прозвище фиксировалось в переписях.

Интересно, что фамилия Казицын встречается почти исключительно в русской среде, в отличие от похожих Казимиров, Казимовых, которые тяготеют к польскому или татарскому следу. Географически она заметна в старых переписных книгах по Вологодской и Архангельской губерниям — как раз в зоне распространения «цоканья». Это косвенно подтверждает версию с Кассианом: северные монастыри и приходы часто давали имена по святцам, а Кассиан был одним из почитаемых святых на Русском Севере.

Таким образом, Казицын — это «сын Казицы», где Казица — народная переделка церковного имени Кассиан. Фамилия редкая, но прозрачная для историка языка: она хранит следы живой речи, где книжное имя обкатывалось до неузнаваемости местным говором.