Фамилия Казюлин — это не просто вариант написания, а живой след диалекта. Она представляет собой фонетическую переработку более распространённой фамилии Козюлин, которая возникла в «акающих» говорах: там, где произносят «карова» вместо «корова», имя Козюля превратилось в Казюля, а фамилия сына этого человека — в Казюлина. Со временем написание закрепилось, и фамилия обрела самостоятельную жизнь.

В основе обеих фамилий лежит нецерковное, мирское имя Козюля. В калужских, орловских и курских говорах так называли змею. Называя ребёнка Козюлей, родители не желали ему зла, а, напротив, давали имя-оберег: у славян змея была двойственным существом. С одной стороны — опасная сила, способная наслать засуху, «заперев» воду в источнике. С другой — могущественный покровитель дома. В народных верованиях домовая змея оберегала семью, приносила достаток и благополучие; ей оставляли молоко и остатки ужина. Считалось, что в ней воплощается душа предка, бывшего хозяина дома, и живёт она незримо под порогом или печью, показываясь лишь перед чьей-то смертью.

Змее приписывали чудодейственные атрибуты: камень, золотое яблоко, перстень, корону или рожки на голове. Обладание ими сулило человеку богатство, неистощимые запасы зерна, способность видеть клады, лечить людей и понимать язык животных. По южнославянским поверьям, отведавший змеи становился ясновидящим или знатоком трав. Так имя Козюля, а позже и фамилия Казюлин, несло в себе древнюю магию: оно должно было передать ребёнку силу, мудрость и удачу, которыми народная фантазия наделяла змею.

Фамилия Казюлин — редкий пример, когда диалектное произношение полностью вытеснило литературную норму. Её носители, скорее всего, происходят из областей с устойчивым аканьем. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Казюлин, то есть сын Казюли. Модель образования типична для русских фамилий от прозвищ и мирских имён, но сама основа необычна и уходит корнями в дохристианские верования.