Фамилия Кенев образована по типичной для славянских языков модели: к основе добавили притяжательный суффикс -ев. Этот суффикс (наряду с -ов и -ин) в русской, украинской и белорусской традиции указывал на принадлежность роду: Кенев буквально означает «сын Кеня» или «человек из семьи Кеня». Сама основа — Кень, Кеня — могла быть как сокращённой формой христианского имени, так и прозвищем.

Скорее всего, Кеня — это уменьшительная форма от канонического имени Кенсорин (от лат. censor — «цензор», «блюститель нравов») или от более редкого Кендея. В святцах эти имена встречаются, но большой популярностью на Руси не пользовались. Поэтому есть и другая, более бытовая версия: Кенеем могли прозвать человека за какую-то особенность внешности или характера. В северных и центральных русских говорах «кеня» — это ласковое обращение к ребёнку, а в рязанских диалектах так называли забияку, задиру. Не исключено, что прозвище дали человеку с «кислым», недовольным выражением лица — в некоторых областях «кеня» означало «плакса», «нытик».

Фамилия Кенев не относится к числу самых распространённых, но встречается в разных регионах. Её носители есть в России, на Украине, в Белоруссии, а также в Болгарии и Сербии — у южных славян модель с суффиксом -ев тоже продуктивна. В русском контексте фамилия могла закрепиться в крестьянской и мещанской среде: прозвища и мирские имена в этих сословиях давали чаще, чем в дворянских кругах.

Таким образом, этимология фамилии Кенев укладывается в две основные версии: либо в основе лежит редкое церковное имя, сокращённое до домашней формы, либо — прозвище, отражающее характер или поведение предка. Обе гипотезы имеют право на существование, но прозвищная выглядит чуть убедительнее, потому что в говорах слово «кеня» фиксируется с разными, иногда противоположными значениями, а значит, в разных семьях фамилия могла возникнуть независимо и в разное время.